Загнанная - Страница 56


К оглавлению

56

— А Зои так не думает! — пробормотал Хит и отсалютовал мне почти пустой бутылкой.

Не обращая внимания на них обоих, я пристально посмотрела на Стиви Рей.

— Да не волнуйся, Зет! Никто не обидит твоего Хита! Я сама за ним присмотрю, — она крепко обняла меня и поцеловала в щеку. — Береги себя.

— Нe забудь о том, что я написала, — прошептала я, и Стиви Рей торжественно кивнула.

— Ну все, я готова, — объявила я Эрику и крепко-крепко зажмурилась.

Эрик поднял меня со всей возможной осторожностью, но боль была такой, что я все-таки не удержалась от крика. Не разжимая век, я старалась дышать мелкими частыми вдохами, а Эрик почти бегом нес меня по туннелям и твердил, что все будет хорошо, что все уже почти закончилось… осталось совсем чуть-чуть…

Когда мы добрались до железной лестницы, ведущей в подвал, он наклонился ко мне и сказал:

— Прости, Зет, но сейчас будет ужасно больно. Потерпи, ладно? — И с этими словами он крепче обхватил меня и передал Дарию, протянувшему руки вниз.

Тут я, наконец-то, потеряла сознание. К сожалению, ненадолго. Промозглый ливень и ледяной ветер мигом привели меня в чувство.

— Тише, не надо руками махать, этим делаешь ты только хуже, — поспешно предупредил меня Дарий.

Теперь на руках меня нес он, а Эрик шагал рядом и встревоженно вглядывался в пустую парковку, где стоял огромный черный «хаммер». Возле распахнутой пассажирской дверцы я увидела Джека. Афродита уже оккупировала пассажирское место рядом с водителем, а Близняшки с кучей кошек забрались назад. Дэмьен сидел возле открытой двери.

— Выйди и мне помоги положить ее внутрь, — велел Дарий.

Уж не знаю, как им удалось погрузить меня на заднее сиденье «хаммера», устроив мою голову на коленях Дэмьена. К несчастью, на этот раз сознание (а значит и боль) меня не покинуло. Прежде чем Дарий закрыл дверь, Эрик пожал мне щиколотку и шепнул:

— Ты ведь поправишься, правда?

— Ага, — еле слышно выдохнула я.

Когда Дарий закрыл дверь, сел на водительское место и завел мотор, я приняла эпохальное решение: я не буду ломать голову над проблемой Хита-Эрика, пока не поправлюсь и не наберусь сил для решения этой головоломки. Стыдно признаться, но на этот раз я оставляла их обоих с чувством огромного облегчения.

Обратный путь был таким же темным и мрачным, как закованная льдом Талса. Дарий с трудом вел «хаммер» по сплошному ледяному катку, в который превратились улицы, а Афродита время от времени предупреждала его о лежащей поперек дороги ветке или о том, что следует свернуть в сторону.

Напряженный и молчаливый Дэмьен придерживал мою голову на своих коленях, зато Близняшки стрекотали без умолку. Я закрыла глаза, стараясь хоть немного отрешиться от боли и головокружения. Пугающе знакомое чувство онемения вновь начало медленно расползаться по моему телу. На это раз я сразу узнала его и поняла, насколько оно опасно, несмотря на весь свой желанный покой и ложное умиротворение.

Теперь мне было известно, что это покой смерти, а я не хотела умирать. Вот почему я заставляла себя дышать глубже, несмотря на то, что каждый такой вдох мучительной болью отзывался во всем моем теле.

Боль — это хорошо. Если я чувствую боль — значит, не умерла.

Я открыла глаза и прочистила горло, приготовившись заговорить. Хмель давно прошел, остались лишь боль и смертельная усталость.

— Нельзя ни на минуту забывать, куда мы едем. Это уже не наш Дом Ночи. Это больше вообще не дом, — я говорила с усилием, и собственный голос казался мне незнакомым хрипом, — нужно не только постоянно держать наготове свои стихии, но и постараться по возможности на все вопросы отвечать правдиво. Разумеется, не выдавая никаких секретов.

— Это разумно, — одобрил Дэмьен. — Если они почувствуют, что мы говорим правду, у них будет меньше соблазна копаться в наших мозгах.

— Особенно, если эти мозги будут защищены силой стихий, — вставила Эрин.

— И еще мы можем в присутствии взрослых включать идиотов и думать обо всяких пустяках. Неферет всегда нас недооценивала, так что вряд ли она что-нибудь заподозрит, — добавила Шони.

— Значит, скажем, что мы вернулись, потому что получили эсэмэски с приказом вернуться, — решил Дэмьен. — И потому, что Зои ранена.

Афродита кивнула и дополнила:

— А сбежали мы потому, что перепугались.

— И это правда, — воскликнула Эрин.

— Еще какая, — подтвердила Шони.

— Только не забудьте: по возможности, говорим правду, но все время остаемся начеку, — слабо попросила я.

— Наша Верховная жрица права — мы вступаем во вражеский лагерь, — сурово произнес Дарий. — Будьте на страже, не дайте себя обмануть обстановкой знакомой.

— Что-то мне подсказывает, что там фиг обманешься, — медленно произнесла Афродита.

— Что ты имеешь в виду? — мгновенно насторожилась я. Когда Афродита говорит таким голосом, ничего хорошего ждать не приходится.

— Мне кажется, весь наш мир изменился, — с непривычной серьезностью ответила Афродита. — Нет, не кажется. Я это знаю . Чем ближе мы подъезжаем к школе, тем сильнее я чувствую, что там все не так . — Она обернулась и посмотрела на меня. — Неужели ты не чувствуешь?

Я слегка качнула головой.

— Сейчас я ничего не чувствую, кроме раны!

— Я чувствую, — неожиданно отозвался Дэмьен. — У меня волосы шевелятся от нехорошего предчувствия.

— Аналогично, — мрачно вставила Шони.

— А у меня живот разболелся, — пожаловалась Эрин.

Я сделала еще один глубокий вдох и зажмурилась, мучительно стараясь не потерять сознание.

56